Михайлов Олег

Санкт-Петербургский государственный академический институт живописи, скульптуры и архитектуры имени И. Е. Репина Российской академии художеств, кафедра графики 1999-2005 гг. (аспирантура в 2006-2008 гг.).

Преподаватель рисовального отделения Санкт-Петербургской государственной художественно-промышленной академии имени А. Л. Штиглица 2009-2011 гг. Также работала ассистентом в научно-исследовательском музее Российской академии художеств Санкт-Петербурга. Почти 20 лет Олег занимается гравюрой, преимущественно литографией.

По приглашению Музея китайской гравюры литографии Михайлова представляют Россию на серийных выставках в Китае, проект которых объединяет более 35 стран. Инициативы «Один пояс, один путь» Международный проект по обмену гравюрой был организован Китайской академией искусств в 2017-2019 годах.

Мастер-класс и лекция в Университете Заида Абу-Даби, Объединенные Арабские Эмираты 2018.

Российский художник и гравер Олег Михайлов одержим морем. Это страсть с долгой и личной историей. Ребенком, выросшим в Санкт-Петербурге в 1980-е годы, он вспоминает, как читал книги об океане и мечтал о жизни среди его странных существ и бесстрашных исследователей. Французский ныряльщик Жак Кусто [1910–1997] и норвежский исследователь Тур Хейердал [1914–2002] были героями детства, чьи приключения привнесли ощущение экзотики в последние годы существования Советского Союза.

Михайлов отчетливо помнит, как на уроках рисования в начальной школе его попросили нарисовать портрет того, кем они хотят стать, когда вырастут. Другие студенты рисовали «космонавтов, солдат, инженеров, архитекторов». Михайлов нарисовал себя водолазом на коралловом рифе. Оглядываясь назад, становится ясно, что обе части этого классного упражнения сбылись. Михайлов — художник, человек, который зарабатывает на жизнь рисованием и раскрашиванием, а море — его неизменная тема и «источник [всех его] мечтаний и вдохновения». Лето в детстве проводилось на близлежащих озерах или на море. Рыбалка, плавание и катание на лодке были его повседневными занятиями. Много позже Михайлов писал, что «люди в столичной жизни... мечтают бежать из многоэтажек. Кто-то умеет лазить по горам, а кого-то призывает дрейф. Я водный человек. Беру удочку или маску и ласты и стремлюсь найти глубину в загадочном мире».

Михайлов учился живописи и гравюре на графическом факультете Санкт-Петербургской Академии художеств. Это учреждение возникло в 1757 году как Императорская Академия художеств и переехало на свое нынешнее место в 1789 году. В советское время училище было переименовано в Ленинградский институт живописи, скульптуры и архитектуры имени Ильи Репина [1844-1930], выдающегося русского художника-реалиста XIX века. Сегодня колледж остается одним из важнейших академических художественных учреждений России. Он продолжает преподавать классические способы живописи и рисунка. Студенты проводят долгие часы перед живыми моделями и гипсовыми слепками, на практике и повторении учатся умело переводить трехмерный мир на уголь и краски.

Михайлов считает это обучение жизненно важным. В разговоре он говорит, что сейчас существует напряженность между старшими профессорами и молодыми сотрудниками. Преподаватели старшего возраста хотят сохранить историческую педагогику с ее упором на практику и мастерство. Младшие обращают внимание на современное искусство, чтобы охватить перемены и современность. Позиция Михайлова проста. «Будучи студентом, ты должен всему научиться. Изучите старые способы, научитесь рисовать, научитесь видеть и записывать мир. После окончания учебы ты можешь измениться, выбросить, найти свой собственный путь. Но сначала научись!

Эта обоснованность всегда присутствует в творчестве Михайлова. В рисунке есть формальная сила, способность плавно переходить от глубины к плоскости, которую можно развить только долгими часами в студии и тщательным и тщательным наблюдением за светом и миром природы.

Движение между глубиной и плоскостностью можно увидеть в «Красном рыбаке» (2017), сочетающем каменную и офсетную литографию в четырех цветах. На этой картине традиционный китайский рыбак занимает живописное пространство в смелой диагональной композиции, которая перекликается с японскими гравюрами укиё-э, такими как «Прогулочные кораблики у моста Рёгоку в восточной столице» Хиросигэ, Триптих [1832-34]. Под рыбаком — океан, состоящий не из волн и воды, а из плоских, графически стилизованных изображений морских обитателей. Эти животные и растения во многом обязаны традиционной гравюре по дереву и, таким образом, говорят о долгой истории печати, а также о мозаике и создании узоров голландского художника-графика 20-го века М. К. Эшера.

Точно так же в «Закатных драконах» [пятицветная литография и шелкография, 2017] есть игра между плоскостью нанесения литографического знака и глубиной перспективы, предлагаемой архитектурой, растениями и рыбами. В профиль представлена ​​одна рыба — арована или золотая рыбка, китайский символ удачи и удачи. Другой движется вперед в реальное пространство, поворачиваясь и выплывая из картинной плоскости через лабиринт стеблей лотоса.

И эти гравюры, и «Рынок морепродуктов в Циндао» [пятицветный камень и офсетная литография с шелкографией, 2017] выросли из первого визита Михайлова в Китай в 2014 году, когда он преподавал в галерее Святого Петра, частной художественной академии. Циндао находится на побережье между Пекином и Шанхаем и является важным региональным центром. Несмотря на то, что в 2017 году Михайлов стал восьмым по загруженности контейнерным портом в мире, он наблюдал за рыбаками в состоянии, которое, по его мнению, «не менялось более 100 лет». «Рынок морепродуктов находился недалеко от моей квартиры и академии. Я часто думал о различиях между мужчинами, ушедшими в море, и их женами и дочерьми, которые ежедневно работали, покупая и продавая недалеко от дома».

К Михайлову любовь к литографии пришла на четвертом курсе училища. Первоначально он специализировался на гравюре, но со временем разочаровался в трудностях глубокой печати, возникающих при работе с цветом, причем при более чем скромных размерах. Литография – это другое. Михайлов говорит, что литография ближе всего к живописи и графике. «Оно очень прямое, тогда как офорт — это перевод. Что вы видите, то и получаете».

Он пишет, что «Камень — объект брутальный, но в то же время очень чувствительный. Он воспринимает отпечаток пальца и даже дыхание, требует к себе особого внимания и предоставляет широкие возможности для ответного творчества. Полированный камень позволяет сделать бархатистый легкий рисунок карандашом и в то же время туще можно использовать как акварель и царапать. Камень дает возможность импровизировать и менять некоторые элементы в процессе работы, если знать процесс. Полностью изменить рисунок невозможно, но мне кажется это больше, чем в других техниках, например гравюре, которая не прощает ошибок».

Михайлов считает, что литография открывает широчайшие возможности для изготовления знаков. «Вы можете рисовать, раскрашивать и царапать одновременно. Он не графический, как гравюра на дереве, и не негативный, как офорт. Все объединено и доступно вам немедленно». Лучше всего — это ощущение прошлого. Он пишет: «У каждого камня есть история. Многие из них используются уже 100 и более лет, над этими камнями работало несколько поколений художников. Я считаю, что они получают энергию многих художников, начиная с древних времен».

Именно в эти древние времена мы обнаруживаем более глубокую связь между литографией и морем. Нежные известняки, любимые литографами, состоят из карбоната кальция — минерала, впервые обнаруженного в раковинах и скелетах моллюсков и кораллов. Медленное накопление их тел на морском дне с последующим нагревом и сжатием земной коры превращает их в камень.

Вполне уместно, что Михайлов использует среду, состоящую из древних морских существ, для создания водного мира, полного движения и жизни. С мастерством и страстью он преобразует чернила и камень, сочетая воображение и наблюдательность, поверхность и глубину, уверенную руку мастера-рисовальщика, а также следы и историю самой литографии.

Художник Дэймон Коварски (Австралия, 2019)

Как мастер гравюры я имею редкую возможность наблюдать художника в его, можно сказать, естественной среде обитания, быть свидетелем процесса создания нового произведения искусства, чувствовать, чего это стоит.

Я знаю Олега Михайлова довольно давно и могу с уверенностью сказать: этот человек – мастер. И мастерство проявляется не только в навыках рисования и живописи. Олег обладает редким сочетанием мастерства, воображения и наблюдательности, приправленного опытом и страстью.

Я часто задавался вопросом, что движет художником творить, что стоит за произведениями. Очевидно, что у него есть две главные страсти в жизни, одна из которых – море.

Действительно, Олег проводит отпуск на водоемах. Что бы это ни было, озеро возле поселка, берег реки или берег океана, вы найдете его ловящим рыбу, купающимся или ныряющим, исследующим подводный мир.

Однажды он сказал: "У меня такое ощущение, что городские мужчины на самом деле мечтают вырваться из джунглей многоэтажек, в которых живут. Поэтому одни занимаются скалолазанием, другие сплавляются по горным рекам. Я человек воды, беру гарпун, маску и ласты и мчусь в загадочный мир морских глубин".

Будучи студентом Санкт-Петербургского государственного академического института живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина - старейшего и крупнейшего художественного учебного заведения России, Олег пробовал различные техники печати и наконец нашел еще одну свою любовь, вторую страсть - каменную литографию, предпочтя ее офорту.

Что совсем неудивительно. Рамки офорта слишком узки для художника, это не позволяет ему раскрыть весь потенциал и воплотить идею в полной мере.

Каменная литография уникальна, она не только сочетает в себе различные техники печати, но и сочетает в себе печать и рисунок. Более того, это позволяет работать с цветом и в конечном итоге получать отпечатки гораздо большего размера.

Но это не так просто. В то же время каменная литография – самая сложная из всех. Чтобы его выкопать, нужно иметь терпение и усердие, так как литографический известняк тяжел и громоздок, но при этом весьма чувствителен; он принимает отпечатки пальцев, не прощает ошибок и требует особого ухода.

Другая часть каменной литографии – это сотрудничество двоих – художника и мастера гравюры. Будучи последним, я восхищаюсь способностью Олега использовать все возможности, которые дает камень, и постоянно открывать новые. Его любовь к импровизации и экспериментам постоянно повышает его навыки.

Работы Олега не оставят вас равнодушными, яркие и красочные, аллегоричные и порой немного сюрреалистические, они пронизаны динамизмом и экспрессией. Они показывают зрителю самого себя словно в каком-то сказочном зеркале, вызывая светлые и веселые воспоминания и эмоции, они о жизни и жажде жизни.

Мастер печати Алексей Баранов (Россия 2021)